Чудо

(греч., лат. miraculum) в мировоззрении теизма снятие волей всемогущего Бога-Творца положенных этой же волей законов природы, зримо выявляющее для человека стоящую за миром вещей власть Творца над творением.

Теистическая концепция Ч. как победы Божественной воли над природой («Бог идеже хощет, побеждается естества чин») требует в качестве предпосылки общего представления о «чине естества», о природном законе.

Для первобытного человека идея естественной необходимости еще неизвестна. Ч. определяется здесь не как сверхъестественное в противоположность естественном}', а просто как необычное в противоположность обычному. Согласно первобытному представлению, которое и позднее продолжает жить в язычестве, в магии и на низших уровнях бытовой религиозности (даже в теистических религиях), Ч. — это событие, нарушающее привычный ход вещей, но вполне посюстороннее, оно может произвольно вызываться (а не вымаливаться у трансцендентных инстанций) при помощи магической техники. Первоначально Ч. есть то, чему можно «чудиться», т. е. удивляться, будь то дерево необычной величины, камень необычной формы, нерегулярное космическое событие вроде затмения Солнца или Луны, сверхобычное достижение человеческого мастерства и т. п. Греческое босща или 0ai)|i.aCT6v, латинское miraculum и соответствующие ему производные в романских и английском языках, немецкое Wunder, русское «Ч.» и «диво» и т. и. означают «достойное удивления», в частности греческое 0СЩ1СХ — «достойное, чтобы на него смотрели».

Совершенно иной смысл имеет древнееврейское aot, выражающее идею Ч. как знака, «знамения», содержательного возвещения, обращенного к человеку (срв. в греч. и лат. лексике Нового Завета слова OT||l£lOV и signum в контекстах типа: «Иисус совершил множество знамений»). Ч., понятое как «знамение», входит в состав идеи откровения и отделяется непереступаемой гранью от любого необычного природного процесса. И откровение, и Ч. суть, с точки зрения теизма, прорывы из сверхъестественного в естественное, из мира благодати в мир природы. Свершителем такого Ч. может быть только Бог. Если ветхозаветный пророк или христианский «тавматург» («чудотворец») вызывает к бытию Ч., то он, в отличие от шамана или мага, делает это «не от себя», «не своей силой», а в самоотдаче Богу, в «послушании». Способность творить Ч. есть для теизма (в отличие, напр., от сублимированного магизма йоги) свободный «дар» (греч. %&piC|iO0) Бога; поэтому личность теистического «чудотворца», который лишь позволяет Ч. твориться через себя, почти безразлична (важен только акт личностного согласия быть пассивным орудием Бога): в православном житии Феодора Эдесского рассказывается о Ч., произошедшем по молитве блудницы (см. «Памятники древней письменности и искусства», т. 59, СПб, 1885, с. 143-47). С другой стороны, если за сатаной и его посланцами (магами, лжепророками, антихристом) признается способность переступать в своих действиях пределы природного, то эта способность расценивается как лживая подделка исходящего от Бога чудотворства. Поскольку Ч. есть для теизма символическая форма откровения, любое сверхъестественное действие, не несущее такого смысла, должно быть понято как пустое лже-Ч., шелуха без своего зерна, и в этом смысле не только Ч. — критерий откровения, но и откровение — критерий Ч. Не «доказывая» истинность откровения, а лишь «удостоверяя» его, как жест удостоверяет слова, Ч. предполагает подтверждаемую им веру уже наличной (Мф. 13:58; Лк. 16:31).

Символическая форма Ч. получает в теизме свой смысл в контексте общего парадокса библейской веры — парадокса личного Абсолюта. Все чудеса Ветхого и Нового Заветов расположены вокруг центрального Ч., которое в них символически конкретизируется, — вмешательства бесконечного и безусловного в конечное и случайное, схождения вечного в исторически единократное. Важно не то, что воды Красного моря расступились, по Библии, перед еврейским народом (Исх. гл. 14), а то, что Сам «Бог богов», «от века Сущий», сделал дело группы людей Собственным делом; не то, что Иисус родился от девственной Матери или исцелял больных, а то, что в Его человеческой конечной и уязвимой плоти «обитает вся полнота Божества» (Кол. 2:9). То, что Ч. направлено не на общее, а на частное, не на универсум, а на «Я», представляется особенно ничтожным для любого мировоззрения, исходящего из всеобщего. По словам Гегеля, «выпили гости на свадьбе в Кане Галилейской больше или меньше вина, совершенно безразлично» (Samtliche Werke, Bd 12, Т. 1, Lpz., 1925, S. 249); предполагаемый результат Ч. совершенно несуществен «sub specie aeternitatis» («с точки зрения вечности» — выражение Спинозы, одного из самых метких критиков библейской веры в Ч.). Если даже мы поверим, что Иисус Христос исцелил данного слепорожденного, то ведь явление слепоты сохранило свое место в бытии, всеобщий закон которого остался иеотмененным. Получается, что Бог нарушает логику Им же созданного миропорядка, чтобы здесь-и-сейчас спасти конкретно-единичного человека, в то время как всеобщий закон, по которому люди гибнут всегда-и-везде, остается неотмененным. С этой точки зрения идея Ч. даже безотносительно к своей эмпирической истинности или ложности представляется немыслимой, противоречивой и отталкивающей: творя Ч., Бог поступил бы 1) непоследовательно, ибо нарушил бы логику установленного Им миропорядка, и 2) неэффективно, ибо достиг бы лишь частного результата. Поскольку же человек хочет заставить Бога творить Ч. ради удовлетворения своих человеческих нужд, вера в Ч. оказывается к тому же и грубо корыстной. Возможность так критиковать идею Ч., апеллируя от свободы к норме, от единичности к всеобщности и от ближнего к дальнему, была «открыта» одновременно с самой критикуемой идеей: еще в ветхозаветной Книге Иова Вилдад укоряет страдальца Иова, осмелившегося возвести свое частное страдание в ранг вселенской проблемы (18:4). В целом смысл идеи Ч. в теистическом мировоззрении зависит от двух предпосылок, с отрицанием которых он превращается в бессмыслицу: сознательной или бессознательной уверенности в том, что конкретное «я» в отношении к всеобщему не есть просто часть в отношении к целому, и веры в символический смысл Ч. Так, хотя цель или результат евангельских исцелений мыслится прежде всего как здоровье исцеленных, но по своему смыслу никак не сводится к нему: самый жест исцеления Ч. описывается не только как милость, оказанная немногим, но как знак, поданный всем. Однако вопрос о внутреннем смысле концепта Ч. не тождествен вопросу о фактической реальности событий, причисляемых к этой категории. Проект «демифологизации» евангельской «керигмы», т. е. духовной «вести», предложенный протестантским теологом Р. Бультманом и его школой, направлен, в частности, на то, чтобы сохранить смысл повествований о чудотворстве Иисуса Христа, отказавшись от принятия их как сообщений фактических. Очевидно, однако, что экзегезе, ориентированной на этот проект, приходится слишком часто игнорировать реальные черты интерпретируемого текста. Вопрос осложняется тем, что привычное ощущение границы между «возможным» и «невозможным», каковы бы ни были его реальные или мнимые рациональные обоснования, всегда существенно зависит от этнической и социокультурной принадлежности субъекта сознания; скажем, в кругу индийской традиции йоги все «знают», что к тривиальным умениям йога относятся определенные действия, о которых носитель европейской цивилизации так же твердо «знает», что они безусловно невозможны. Не только вера, но и неверие в Ч. неизбежно относится к области «убеждений»: если православный или католик всегда были обязаны веровать в то, что мощи святых нередко обладают свойством физического нетления, причем значение предполагаемого Ч. для веры в святость святого опасно преувеличивалось (с чем полемизировал Ф. М. Достоевский в «Братьях Карамазовых» и что спровоцировало варварскую большевистскую кампанию поругания мощей), то протестант, не говоря уже об атеисте, обязывался считать подобные феномены плодом злонамеренных обманов; лишь позднее возникает вопрос о возможности естественных причин явления (что, вообще говоря, не исключает для верующего возможности действия через эти причины Божьего «промысла», или плана). Развитие современного мира одновременно обнажает и ставит под вопрос упомянутые социокультурные предпосылки как позитивного, так и негативного отношения к возможности того, что прежде и верующими, и противниками веры однозначно оценивалось как Ч. В характеристику культурной ситуации, часто обозначаемой как «постмодернистская», входит распространение скепсиса также и на отрицание. Все чаще говорят не о Ч., а о «паранормальном» (что представляет собой неожиданную новую опасность для ортодоксально-богословского концепта Ч., который в таком контексте предстает размытым). Поборнику религии труднее всего убедить современного человека не в том, что события, выходящие за пределы естественного, реальны, а в том, что они действительно что-то значат. Наряду со множеством открытий, основательно изменивших представление о природе, важен такой фактор, как современная глобализация, беспрецедентно приблизившая друг к другу миры различных религиозных традиций. Католическая Церковь неоднократно разрешала в послесоборное время научное обследование предметов, связанных с версией о Ч. (напр., т. н. Туринской Плащаницы); характерно, однако, что результаты обследований, причем как позитивные, так и негативные, не перестают вызывать сомнения и возражения. В таком контексте представляется наиболее разумным для защитника веры, а также для ее добросовестного противника возвратиться в своей дискуссии к библейскому концепту знака-знамения, не содержащему обязательной импликации преодоления законов природы, и обсуждать смысл этого концепта, не спеша связывать его в такой постановке вопроса с проектом «демифологизации» по Бультману.

Сергей Аверинцев.София-Логос. Словарь

Источник: Словарь по культурологии на Gufo.me


Значения в других словарях

  1. ЧУДО — ЧУДО — англ. miracle; нем. Wunder. 1. В религиозных и мифологических представлениях — сверхъестественное явление, вызванное вмешательством божественной, потусторонней силы. 2. Нечто поразительное, выдающееся, удивляющее своей необычностью. Социологический словарь
  2. ЧУДО — ЧУДО — .. 1) в религиозных и мифологических представлениях — сверхъестественное явление, вызванное вмешательством божественной, потусторонней силы... 2) (Перен.) нечто поразительное, удивляющее своей необычностью. Большой энциклопедический словарь
  3. чудо — Общеслав. Суф. производное (суф. -д-, ср. чадо) от чути (см. чувство). Того же корня, что кудесник. Чудо буквально — «чувствуемое, наблюдаемое явление», далее — «необыкновенное, удивительное явление». Этимологический словарь Шанского
  4. чудо — чу́до мн. чудеса́, чуде́сный, чуде́сить, чудно́й, чу́дный, укр. чу́до, мн. чудеса́, блр. чу́до, др.-русск., ст.-слав. чоудо, род. п. чоудесе θαῦμα, τέρας (Клоц., Супр.), болг. чу́до, сербохорв. чу̏до, мн. чу̏да, чудѐса – то же, словен. čúdo, род. Этимологический словарь Макса Фасмера
  5. чудо — • Prodigĭum см. Divinatio, Дивинация, 13. 17. Словарь классических древностей
  6. чудо — Чу́д/о. Морфемно-орфографический словарь
  7. чудо — ЧУДО, а, мн. чудеса, ес, есам, ср. 1. В религиозных представлениях: явление, вызванное вмешательством божественной силы, а также вообще нечто небывалое. Совершить ч. Свершилось ч. Надеяться на чудеса (когда нет выхода, нет спасения). Ч. из чудес! (о чёмн. Толковый словарь Ожегова
  8. чудо — ЧУДО — категория фольклорно-мифологического и религиозного языка описания способов и форм проявления сверхчеловеческого (напр., нуминозного) в мире природно-естественном. В обыденном словоупотреблении... Энциклопедия эпистемологии и философии науки
  9. Чудо — В религиозных и мифологических представлениях сверхъестественное явление, вызванное вмешательством божественной, потусторонней силы. В переносном значении — нечто поразительное, выдающееся, удивляющее своей необычностью. Большая советская энциклопедия
  10. Чудо — Объективное значение понятия Ч. определяется общим философским миросозерцанием, по преимуществу теорией причинности... Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
  11. чудо — орф. чудо, -а, мн. чудеса, чудес, -ам Орфографический словарь Лопатина
  12. чудо — • Радостное (Бальмонт). • Светлое (А. Измайлов). • Святое (Аксаков). Словарь литературных эпитетов
  13. чудо — ЧУДО ср. всякое явленье, кое мы не умеем объяснить, по известным нам законам природы. Богу все чудеса доступны. Христос являл чудеса, исцелял чудесами. Толковый словарь Даля
  14. чудо — сущ., с., употр. часто (нет) чего? чуда, чему? чуду, (вижу) что? чудо, чем? чудом, о чём? о чуде; мн. что? чудеса, (нет) чего? чудес, чему? чудесам, (вижу) что? чудеса, чем? чудесами, о чём? о чудесах... Толковый словарь Дмитриева
  15. Чудо — I. ЧУДЕСА И ЕСТЕСТВЕННОЕ УСТРОЙСТВО МИРА Всякое суждение о Ч. исходит из представления о существующем естественном устройстве мира. Наиболее частым возражением против Ч. является то, что это было бы невозможным нарушением «законов природы». Библейская энциклопедия Брокгауза
  16. чудо — Ч’удо — событие, выходящее за рамки обычного человеческого опыта. Чудо совершается силой, не свойственной природе человека, и потому называемой сверхъестественной (Деян.8:6 , ·срн. ·ст. 13). Библейский словарь Вихлянцева
  17. чудо — Ч’УДО, чуда, мн. чудеса, чудес и (·прост. ·редк.) чуда, чуд, ср. 1. В религиозных и мифологических представлениях — явление, противоречащее законам природы и не объяснимое ими, но возможное вследствие вмешательства потусторонней силы. Толковый словарь Ушакова
  18. чудо — ЧУДО -а; мн. чудеса, чудес, чудесам и чуда, чуд; ср. 1. мн.: чудеса, чудес. По религиозным и мифологическим представлениям: сверхъестественное явление, вызванное вмешательством божьей силы. Молиться о чуде. Ждать чуда. Ниспослать... Толковый словарь Кузнецова
  19. чудо — Чудеса Не чудо с инф. (разг.) — не странно, не удивительно. ► Когда перенимать с умом, тогда не чудо и пользу от того сыскать. Крылов. Чудеса в решете — о чем- н. необычном или нелепом. Чудо-юдо (нар.-поэт.) 1) сказочное чудовище. Фразеологический словарь Волковой
  20. ЧУДО — ЧУДО (греч. ϑαῦμα, σῆμα, лат. miraculum) – в мировоззрении теизма [ТЕИЗМ]снятие волей всемогущего Бога-Творца положенных этой же волей законов природы, зримо выявляющее для человека стоящую за миром вещей власть Творца над творением. Новая философская энциклопедия
  21. ЧУДО — ЧУДО — см. ТЕУРГИЯ. Новейший философский словарь
  22. чудо — • великое ~ • настоящее ~ • неслыханное ~ • подлинное ~ • прямо ~ Словарь русской идиоматики
  23. чудо — Древнерусское – чудо (диво, сверхъестественное явление). Старославянское – чудо. Общеславянское – cudo. Слово известно с XI в. Этимологически восходит к индоевропейскому корню (s)keu-, означающему «проникаться уважением, почтением». Этимологический словарь Семёнова
  24. чудо — -а, мн. чудеса, чудес, -ам и чуда, чуд, ср. 1. (мн. чудеса). По религиозным и мифологическим представлениям: сверхъестественное явление, вызванное вмешательством божественной, потусторонней силы. Малый академический словарь
  25. чудо — чудо I ср. 1. Явление, противоречащее законам природы и не объяснимое ими, но возможное — по суеверным представлениям — вследствие вмешательства потусторонней силы. 2. Нечто небывалое, сверхъестественное, фантастическое. Толковый словарь Ефремовой