Шолохов Михаил Александрович

Советский писатель, автор романов на темы взятые из казачьей жизни. Коренной житель Дона, Ш. по природному отцу считается Казаком, а по отчиму, фамилию которого носит — иногородний; мать — Украинка, После торжества на Дону соввласти, заявил себя ее сторонником и добровольно служил в отрядах, насильно отбиравших от Казаков продовольствие. Быт станиц и казачий язык Ш. знал в совершенстве, а обладая тяготением к творческой работе и крупным литературным талантом, создал блестящий роман "Тихий Дон"г эпическое произведение, осветившее жизнь Казаков, их участие в Первой Мировой войне и борьбу против внедрения на казачьей земле советской власти. Благодаря своей красочности и несмотря на некоторые отклонения от советской идеология, роман несколько раз переиздавался в СССР. Переведен также на многие иностранные языки. Ш. писал о Казаках, противниках той власти, которой служил сам; он писал в эпоху, когда еще не остыли революционные страсти и все же злобы против Казаков в его романе не чувствуется. Как раз наоборот, "Тихий Дон" даже вызвал симпатии посторонних читателей к этому непреклонному и непокорному народу. "И обо всем этом рассказано на том же самом языке, на котором говорят эти простые, несчастные и прекрасные люди, но только на языке пропущенном сквозь "магический кристалл" необыкновенного таланта художника. Ничего не потеряв из своего самобытного очарования, этот язык, и как бы очистился, и как бы сгустился и стал прозрачным. Всё это написано теми же красками, которыми донская степь встречает весну, лето" осень и зиму, утро и вечер, восход, и закат солнца, которыми играет она и в часы безмятежного безмолвия и в часы грозы: в красках жизни и в красках трепещущего сердца художника, вобравшего в себя и озарившего изнутри эти краски особенным светом радостности". Так пишет один из советских критиков (А. Калинин) в послесловии к четвертому тому "Тихого Дона". Дальше он говорит, что и теперь, после всего пережитого за последние пол века, "не поблекла, не заволоклась туманом забвения, а наоборот, выступила еще ярче, осеяная заревами революции эпохи, могучая живопись народной жизни на полотнах "Тихого Дона". В 1965 г. Ш. получил за него Нобелевскую премию. Но, к сожалению, этому роману Ш. отдал все свои творческие силы. Из под его пера после этого не вышло ничего достойного, внимания. Крупный талант, в этом случае, не сочетался с большой духовной мощью. Опьяненный успехами и похвалами, Ш. взял курс на "твердокаменную" партийность и за блага, ему предо­ставленные, стал низко кланяться в сторону компартии и власть имущих, оплачивая произведениями в "выдержанном идеологическом духе". Ортодоксальный коммунизм в нём, как и в других художниках, оказался несовместим со свободным творчеством. Следующий роман "Поднятая Целина" не нашел положительной оценки даже в Кремле. Эмигрантская печать сообщила, что творчество Шолохова стало не по нутру и Сталину. "При его способностях, Шолохов мог написать шире и лучше, — сказал Сталин в частной беседе А. Н, Толстому. — Главный недостаток "Поднятой Целины" да и, вообще, произведений Шолохова тот, что отрицательные типы у него слишком ярки — ярче положительных, К тому же у него преувеличенное любование всем казацким... И довольно однообразная тематика". Конечно, у Сталина оценка положительных и отрицательных типов иная, чем у Казаков. Сталинская линия одолела. Все, что после писалось, перерабатывалось и переделывалось, соответствовало требованиям "социального заказа"; всё это выглядят бесплодными потугами, пошловатой посредственностью. К тому же Ш. опорочил свое имя и лицо художника неоднократными и грубыми выпадами с трибун по адресу коллег — писателей, выступавших в защиту высоких идеалов свободного творчества.