Исаакий

(в миру Иван Иванович Антимонов), преподобный оптинский старец (31.05.1810 — 22.08.1894). Родился в патриархальной купеческой семье.Будущий великий оптинский старец рос в обстановке любви, послушания родителям, в твердом соблюдении церковного устава и нравственной строгости. Мальчик был скромен и добр, молчалив и сдержан, но не угрюм, остроумен и прост в общении.Мысль об уходе в монастырь долгие годы вызревала в душе благочестивого юноши, вынужденного помогать отцу в торговых делах. К тридцати шести годам она окончательно окрепла. Этому способствовало также поступление в монашество его старшего брата Михаила.В 1847, уже зрелым человеком, приняв твердое решение, он покидает дом и поступает послушником в скит знаменитой уже тогда своими старцами Введенской Оптиной пустыни, в укладе которой было принято духовное окормление каждого брата у старца. И послушник Иоанн был вверен оптинскому старцу прп. Макарию, имя которого было известно далеко за пределами обители. Под его духовным руководством прошли годы послушания: сначала на пасеке, затем в хлебопекарне и поваром в монастырской трапезной, певчим на клиросе. Келейно, по благословению старца Макария, брат Иоанн был еще и переплетчиком книг. Неукоснительно выполнял он положенное всякому послушнику келейное правило, причем впоследствии, по принятии рясофора в 1851 и пострижении в мантию в 1854, все более и более ревностно относился к совершенствованию своего внутреннего духовного мира, не давая себе поблажек ни в чем: был строг в понуждении себя к "умному деланию", посещению монастырских богослужений, ограничивал себя в еде и отдыхе.В 1860, уже тяжело больной, прп. старец Макарий, предчувствуя близкий конец, завещает своему духовному сыну прп. Исаакию перейти под руководство великого оптинского старца Амвросия, ученика блж. старца Макария. А еще через два года, после смерти настоятеля Оптиной пустыни старца Моисея, прп. становится его преемником.Уже будучи игуменом, а позже, в 1885, архимандритом, преподобный не совершал без благословения старца никаких монастырских дел и учил этому братию. "Отцы и братия! Нужно ходить к старцу для очищения совести", — часто повторял он. Так, благоговейно, почти до умаления себя, стоял он со всеми в очереди к своему духовнику, прп. старцу Амвросию, и беседовал с ним, стоя на коленях, как простой послушник.В последние годы жизни настоятеля многие скорби выпали на его долю. Особенно тяжело пережил он отъезд старца Амвросия в Шамординскую общину. "Двадцать девять лет провел я настоятелем при старце и скорбей не видел, теперь же, должно быть, угодно Господу посетить меня, грешного, скорбями", — говорил он.Здоровье его стало заметно слабеть, и он келейно принял пострижение в схиму. Вскоре отошел ко Господу великий старец прп. Амвросий, и на настоятеля прп. Исаакия последовали тайные доносы о неспособности его, по преклонным годам и болезни, управлять обителью. И хотя братия единодушно встала на защиту своего настоятеля, силы его уже угасали. Умирал он тихо, окруженный плачущими чадами своими, которым дал последнее наставление: "Любите Бога и ближних, любите Церковь Божию, в службе церковной, в молитве ищите благ не земных, а небесных; здесь, в этой святой обители, где вы положили начало иноческой жизни, и оканчивайте дни свои".Празднуется 11/24 октября.