Мал
Летописный древлянский князь, поминаемый в рассказах о смерти Игоря и мести Ольги . Летопись не дает материала достаточного, чтобы составить ясное представление о е. Он едва ли племенной общедревлянский князь — разве малолетний; скорее он мелкий местный князек-старейшина. А.А. Шахматов ("Мстислав Лютый в русской поэзии" в сборнике статей в честь профессора Сумцова , 1907, и "Разыскания о древнейших русских летописных сводах", Санкт-Петербург, 1908), анализируя летопись и привлекая Длугоша, находит, что в Древнейшем Киевском Своде рассказ о смерти Игоря был иным и убийцей был назван не , а сын Свенельда Miskina-Мистиша. Рассказ же о мести Ольги, по мнению Шахматова, есть вставка Начального Свода, и его действительный персонаж. Выводы Шахматова были усвоены и усугублены в книге В. Пархоменко "Начало христианства Руси" (Полтава, 1913). H. Pipping в статье "De Skandinaviska Dnjeprnamnen" (в "Studier i Nordisk Filologi", том 2, № 4 — 5, Гельсингфорс, 1910) отрицает самое имя а и объясняет его появление в летописи из непонятой летописцем скандинавской брачной формулы; С. Корф популяризировал его мысль в русской науке ("Древлянский князь ", "Журнал Министерства Народного Просвещения", 1912, февраль); с критикой обеих работ выступил С. Сыромятников ("Древлянский князь и варяжский вопрос", ib., 1912, июль). Такое внимание к единственно известному по имени древлянскому князю не из киевской династии вызывается неясностью древлянского общественного строя и древлянско-полянских отношений. См., кроме указанного, М. Грушевский "История Украины — Руси" (I, издание 3-е, Киев, 1913). С. Ч.
Исторический словарь